В первую очередь, речь зашла о ситуации на Украине.

– Что касается украинской тематики, конечно, мы о ней говорили, прежде всего вчера, в неформальной обстановке, – заявил глава российского МИДа.

Мирный план Президента Дональда Трампа, по словам Сергея Лаврова, подробно и четко прокомментировал Президент России Владимир Путин несколько дней назад на совещании с постоянными членами Совета Безопасности РФ:

– Наши оценки сохраняют свою силу в том смысле, что ключевые положения плана Дональда Трампа основываются на пониманиях, достигнутых в августе с.г. в Анкоридже на российско-американской встрече в верхах.

Эти принципы в целом отражены в плане, что мы приветствовали. После Анкориджа, когда нам казалось, что эти понимания уже были зафиксированы, наступила длительная пауза, и сейчас она прервана внесением этого документа. У нас он есть, но по неофициальным каналам. Официально нам его не передавали. Но мы, естественно, готовы, как сказал Президент Владимир Путин, обсуждать конкретные формулировки. Там целый ряд вопросов требует прояснения.

Он также сообщил, что у России есть каналы общения с американскими коллегами. Они задействуются:

– Ожидаем от них той версии, которую они сочтут промежуточной, с точки зрения завершения фазы согласования этого текста с европейцами и с украинцами. Тогда мы будем смотреть. Потому что, если там будет вымаран дух и буква Анкориджа по ключевым пониманиям, которые мы зафиксировали, то это будет принципиально другая ситуация. Но пока, повторю, нам ничего никто официально не передавал.

Сергей Лавров напомнил, что Беларусь активнейшим образом участвовала «в этих усилиях, когда были достигнуты Минские договоренности в результате почти 20-часовых переговоров лидеров России, Украины, Франции и Германии. Президент Белоруссии Александр Лукашенко, по его словам, лично сделал много для того, чтобы организовать эту работу таким образом, чтобы она завершилась успешно.

– Сейчас наши европейские коллеги громогласно заявляют, что не будет «нового Минска», нельзя вообще ничего решать без Европы, мол, потому что это их напрямую касается.

Именно Европа разрушила Минские договоренности, как мы теперь знаем. Они в этом открыто признались. Хотя Франция и Германия тоже были гарантами, и в их лице – Евросоюз.

Когда сейчас они говорят, мол, не смейте без нас ничего делать – у вас уже были шансы. Вы этими шансами не воспользовались, вы их просто «провалили», – уверен глава МИД РФ.

На взгляд Сергея Лаврова, когда европейцы говорят, что должны быть с Украиной до конца, потому что Украина воюет за их европейские «ценности», это означает «явку с повинной»:

– Значит Европа поощряет идеологию и практику нацизма, узаконенные на Украине. Значит Европа поощряет расизм, который обрел очертания законодательного запрета русского языка и вообще всего русского – культуры, средств массовой информации – и запрета канонической Украинской православной церкви. Значит вот эти европейские ценности, которые Украина защищает от имени Европы.

Министр иностранных дел РФ назвал две страны, которые могут сыграть конструктивную роль посредников. Это Беларусь и Турция.

Сергей Лавров также высоко оценил конкурентоспособность Минской конференции по безопасности, потому что она «открывает двери для всех стран континента – крупнейшего, богатейшего континента, где расположены несколько величайших, тысячелетиями развивающихся цивилизаций, сохранивших свое цивилизационное достоинство и традиции».

Он отметил, что Евросоюз давно перестал быть европейским форумом, где представлены интересы европейцев.

– Он стал «придатком» НАТО и развивает военную программу и мероприятия, призванные предоставить территорию всех членов Евросоюза независимо от их членства в альянсе для того, чтобы он смог двигаться со своей инфраструктурой, а если потребуется, то (как они говорят) и «воевать» на восточном фланге. Ясно, против кого.

Поэтому евразийский подход к безопасности – единственно перспективен. Именно он продвигается за счет Минских конференций, которых проведено уже три.

По словам министра, Россия активно поддерживает евразийский подход к проблемам безопасности:

– Это единое геополитическое пространство, и подход к обеспечению безопасности должен быть именно единым, отражать баланс интересов всех стран континента, а не зависеть от желания (в данном случае западной части Евразии) диктовать «все и вся», как этим пытаются заниматься Евросоюз и НАТО.