Меню
05.01.2005
Ушедший в историю 2004 год выдался не очень удачным для России, и его итоги многие аналитики называют противоречивыми. С одной стороны, путем переизбрания В.Путина президентом очень внушительным числом голосов уже в первом туре страна тем самым продемонстрировала поддержку проводимого им политического курса и, в большей степени, выразила надежду на дальнейшее укрепление политической стабильности. С другой, – рост террористической активности выпятил серьезные сомнения в правильности избранного курса.
Конечно, и раньше Россия сталкивалась с крупномасштабными терактами. Но именно в ушедшем году действия террористов стали столь изощренны и привели к наибольшим жертвам. Снова под вопросом оказалась главная идея, с которой нынешний президент пришел к власти – победа над терроризмом и безопасность, урегулирование ситуации в Чечне. От нового Беслана никто не застрахован, и в этом главный итог трагедии. К такому печальному выводу приходят многие аналитики и политики.
Тем не менее после Беслана В.Путин объявил о начале нового политического курса. Президент предложил провести масштабную реформу вертикали власти, заключающуюся в изменении системы исполнительной власти одновременно на федеральном и региональном уровнях, повышении эффективности спецслужб и усилении присутствия государства на Северном Кавказе.
Эти реформы были неоднозначно восприняты обществом. Оппозиция, как слева, так и справа, раскритиковала назначение губернаторов и выборы в Госдуму по партийным спискам, назвав их “антидемократическими” и “антиконституционными”. Но ни один регион, за исключением Чувашии, не решился в открытую выступить против предложенных Путиным мер. Более смелыми оказались политики и аналитики. Они приходят к выводу, что главным итогом года стал системный кризис управления, связанный с видимым отсутствием “мозгового центра” и закупоркой коммуникационных каналов, связывающих разные уровни вертикали власти между собой и с обществом. Создается впечатление, что на государственном уровне отсутствуют или не функционируют структуры, способные считывать, анализировать и использовать при принятии решений какие бы то ни было внешние импульсы, независимо от того, исходят ли они от рядового населения, бизнеса, низовых структур управления или стран СНГ.
Нет особых успехов у России и на международной арене. 2004 год подвел своеобразную черту под проектом укрепления позиций России на постсоветском пространстве, откуда ее попросту постарались выдавить. Еще в ноябре 2003 года с интервалом в один день молдавское руководство отказалось подписывать предложенный Россией и парафированный Молдавией меморандум об урегулировании Приднестровской проблемы, а позже в Тбилиси толпа просто выгнала из здания парламента президента, которого не прочь были поначалу поддержать российские верхи, но тут же посодействовали его отстранению. Через полгода Россия помогла Грузии убрать из Аджарии А.Абашидзе и немедленно получила обострение ситуации в Южной Осетии, а затем и “головную боль”, связанную с выборами президента Абхазии. Картину завершила “оранжевая” революция в Украине, поставившая под сомнение подписание пакета соглашений по ЕЭП и открывшая “зеленую улицу” для запуска аналогичных сценариев в Молдавии, Армении, Киргизии и других республиках СНГ. Нет особых подвижек и в строительстве Союзного государства. И главная причина этого коренится в противодействии некоторых российских политиков.
Провалом завершился и запущенный еще в 2001 году проект сближения с Западом. Расширение ЕС и НАТО ударило по российской экономике, сделало уязвимой для баз НАТО территорию европейских регионов России и заблокировало сообщение с Калининградом, куда с 1 января можно проехать, только имея загранпаспорт и литовскую визу. К концу года серия отдельных конфликтов и недоразумений завершилась тотальным ухудшением отношений с европейскими структурами, зафиксированным срывом подписания документов на саммите ОБСЕ в Софии и резкими заявлениями В.Путина во время традиционной пресс-конференции.
Параллельно оформилась тенденция выдавливания России и с азиатских рынков вооружений и ядерных технологий. На этом фоне возникли сомнения относительно адекватности установки на вступление в ВТО и тем более готовности идти ради этого на территориальные уступки Китаю и ратификацию Киотского протокола в угоду Европе. И уж совсем странным выглядит стремление в ВТО в контексте ухудшения экономической ситуации.
По итогам года аналитики признают успешной, правда, с большими оговорками, только деятельность финансового блока правительства. Причем, это связывают с высокими мировыми ценами на нефть. Что касается остальных экономических показателей, то тут наблюдается пока еще не спад, но заметное падение темпов роста, которое сопровождается повышением цен на продовольственные товары, ростом безработицы и увеличением акций протеста. По мнению многих аналитиков, правительство фактически полностью ликвидировало преимущества, которые появились после 1998 года, поскольку так и не было создано благоприятного инвестиционного климата. Кабинет министров, по сути, капитулировал, и это многих обескураживает. Аналитики отмечают ряд спорных решений правительства, которые будут иметь негативные социальные последствия. Это непродуманное решение по отмене социальных льгот. Вообще, монетизация льгот исключительно нужна, но то, как она была проведена на фоне низкого уровня жизни, выглядело непродуманным. Ошибкой можно считать и развитие ипотеки, поскольку она неизбежно приведет к росту цен на жилье, которые в России и так запредельные.
Общая тональность многих аналитических и прогнозных материалов российской прессы сводится к тому, что переломить сегодняшнюю депрессивную тенденцию в России трудно, но возможно, особенно если учесть, что власти уже фактически предъявлен запрос на новую политико-экономическую парадигму и на внятный и внутренне непротиворечивый проект развития. Если же российская власть не сделает “работу над ошибками”, будет упорствовать в своих заблуждениях, продолжит играть втемную и проигрывать, нынешнее недоумение и пессимизм могут легко трансформироваться в тотальное презрение и ненависть.