Не за горами зима. Ожидаются похолодание, обильные снегопады, Новый год и возможно очередная серия «Газовых войн: Эпизод III ». Предпосылки к этому имеются: подписанное 19 января текущего года соглашение между Украиной и Россией о поставках газа, заключенное сроком на десять лет, по мнению экспертов, не решает ряд серьёзных противоречий.

Так, по словам эксперта ИК «Тройка Диалог» Валерия Нестерова, «самый больной вопрос – платежная дисциплина. В новом контракте об этом ни слова. Между тем, в условиях кризиса Украине будет еще тяжелее расплачиваться за российский газ». Не случайно в этой связи глава «Газпрома» Александр Миллер не раз выступал с предупреждением о возможности перехода на предоплату поставок топлива по украинским контрактам. До сих пор Киеву удавалось вовремя оплачивать газ, но скоро зима, выборы, и не исключено, что проблема оплаты вновь всплывёт в российско-украинских отношениях.

Кроме того, 3 сентября премьер-министр Украины Юлия Тимошенко заявила о том, что с 2010 года ожидается рост тарифов на транзит российского газа по украинской газотранспортной системе в пределах 57%-60% . Это связано с ростом цены на нефть и, как следствие, с неизбежностью увеличения цены на газ.

Наконец, ещё одной монеткой в копилку возможного конфликта может стать недобор газа украинской стороной. Напомним, до конца 2009 году Киевом будет закуплено 33 миллиарда кубометров газа, в 2010 году объём закупаемого газа также вряд ли превысит 27-33 миллиарда кубометров вместо предусмотренных контрактом 52 миллиардов. Пока, по словам Юлии Тимошенко, «Россия не собирается вводить какие-либо штрафные санкции за недобор газа». Но предстоящие на Украине выборы могут подкорректировать такие радужные прогнозы.

В Европе с тревогой ждут возможное газовое обострение. Такая болезненная реакция на «исключительно экономический конфликт» Киева и Москвы легко объяснима. В результате прекращения прокачки газа через украинскую газотранспортную систему в той или иной степени пострадали такие страны Европы, как Австрия, Босния и Герцеговина, Болгария, Венгрия, Германия, Греция, Италия, Республика Македония, Молдавия, Румыния, Сербия, Словакия, Словения, Франция, Чехия, Хорватия.

Ситуация, в которой оказались некоторые из этих стран, наглядно видно на примере Словакии. Так, по словам Чрезвычайного и Полномочного Посла Словакии в Беларуси Мариана Серватка, фактическое прекращение поставок газа остановило словацкую промышленность, так как имеющиеся запасы газа подавались в жилые дома. Ситуация во многом осложнилась тем, что имеющиеся в Словакии газохранилища принадлежат частной компании SPP , которая распоряжалась имеющимся газом по своему усмотрению. Данная ситуация в той или иной степени была характерна для всех пострадавших стран.

Результатом газового противостояния стала крепнущая убеждённость Словакии и других стран Евросоюза в необходимости диверсификации энергоносителей в целом, и поставок газа в частности. Этому, так или иначе, будут способствовать три газопровода, реализация которых находиться на разных стадиях готовности: « NordStream », «Южный поток» и « Nabucco ».

Первые два проекта лоббируются Россией, третий – Евросоюзом. Трудность заключается в том, что, по мнению западноевропейских политиков, именно « Nabucco » отвечает требованиям диверсификации поставок энергоносителей (следует читать, уменьшением газовой зависимости от России). Проблема заключается в том, что на данном этапе проектируемый « Nabucco » банально нечем наполнить. Ситуацию мог бы исправить иранский газ, но пока существует определённая напряжённость в отношении Тегерана и европейских стран.

Насколько Евросоюз хотел бы диверсифицировать поставки энергоносителей, настолько Россия хотела бы диверсифицировать маршруты сбыта газа. Иначе говоря, из цепочки «поставщик – транзитёр – потребитель» – выбросить транзитёра. Два минувших газовых конфликта с Украиной наглядно продемонстрировали, насколько зависит Москва от Украины, как от страны-транзитёра. В свою очередь, репутация надёжного транзитёра напрямую зависит от регулярности поставок. Вот такой замкнутый круг. Разорвать его сможет запуск «Северного» и «Южного потока». Но реализации этих проектов пассивно сопротивляются в той или иной степени страны, через которые сейчас поставляется российский газ. К примеру, та же Украина, которая вместе с тем лоббирует строительство нефтепровода Одесса – Броды, снижающего зависимость восточноевропейских стран от российской нефти. Вопрос о праве России на снижение зависимости от транзитёров остаётся открытым.

Дмитрий Вукович