30 июня 2009

Россия на распутье

Внешняя политика России сегодня более направлена на созидание имиджевых проектов, нежели развитие реального сотрудничества. Широко анонсированной, но по-сути провальной по своим результатам для России, была попытка создать на конференции в Петербурге «газовый ОПЕК». ШОС и БРИК приобрели очертания международных клубов по интересам, от которых сложно ожидать конкретных решений. Директор Международного института политической экспертизы Е. Минченко считает, что «и ШОС, и БРИК выглядят довольно аморфными структурами, от которых невозможно ждать новых инициатив». В тоже время основным торговым партнером Российской Федерации остаётся Европейский союз.

Россия на распутье

Внешняя политика России сегодня более направлена на созидание имиджевых проектов, нежели развитие реального сотрудничества. Широко анонсированной, но по-сути провальной по своим результатам для России, была попытка создать на конференции в Петербурге «газовый ОПЕК». ШОС и БРИК приобрели очертания международных клубов по интересам, от которых сложно ожидать конкретных решений. Директор Международного института политической экспертизы Е. Минченко считает, что «и ШОС, и БРИК выглядят довольно аморфными структурами, от которых невозможно ждать новых инициатив». В тоже время основным торговым партнером Российской Федерации остаётся Европейский союз.

Помпезный Петербургский экономический форум, по словам организаторов, завершился более чем успешно. Его лейтмотивом было ускорение вступления России во Всемирную торговую организацию. На подведении итогов, международные участники скрепя сердце проголосовали «за» на вопрос о том, «кто более чем на 50% уверен, что вступление России в ВТО произойдёт в течение года». Министр экономического развития Э. Набиуллина была последней, публично заявившей о завершении переговоров по вступлению в ВТО до конца 2009 года.

Спустя несколько недель, позиция России по вступлению в организацию была радикально преобразована. Первоочередной задачей провозглашалось создание таможенного союза с Беларусью и Казахстаном. Учитывая экспортно-импортную спецификацию российского рынка, проект единого таможенного пространства обладает рядом преимуществ перед вступлением в ВТО. Хотя бы по той причине, что не требует отказа от ряда недавних антикризисных мер, связанных с использованием инструментов протекционизма. Например, в виде повышения тарифов на иномарки и субсидирования сельского хозяйства.

Прогнозировать последовательность российского руководства в достижении намеченной цели берутся немногие. Москву всегда притягивал блеск глобализации в её российском понимании, а мероприятия внешней политики во многом работали как механизмы самоутверждения. Существует большая вероятность того, что и в формате единого таможенного пространства российское правительство станет рассматривать своих союзников в качестве послушных младших компаньонов.

Из нового отчёта Всемирного банка следует, что спад ВВП в России будет глубже 4,5%, предсказанных ранее, а уровень безработицы достигнет 13% (в мае 9,9%) трудоспособного населения: «Учитывая более значительное, чем предполагалось, сокращение ВВП в первом квартале 2009 года, российская экономика, вероятно, сократится на 7,9% в 2009 году, несмотря на более высокие цены на нефть, предусмотренные в текущем прогнозе». Во втором квартале падение экономики ускорится до 10,5%, но уже в третьем наметится рост в размере 2,5%.

Эксперты Всемирного банка прогнозируют существенное увеличение числа «уязвимых к бедности» за счёт сокращения среднего класса. Согласно стандартам организации, к бедным относят тех, чей доход ниже прожиточного минимума (в России это около 150 долл.). Доходы среднего класса должны превышать этот минимум в 2,5 раза. В ножницах находятся «уязвимые к бедности» – их доходы выше черты бедности, но ниже уровня среднего класса. На сегодняшний день их число «уязвимых» равняется 20,9%.

Попытки анализа регулярно обновляемых экономических данных – едва ли не в режиме реального времени – не самое благодарное занятие. Большинство экстраполируемых показателей имеют такое же отношение к действительности как количество единиц времени до конца копирования, отражаемых вашей операционной системой. Пожалуй, можно ожидать, что до конца года будут обнародованы ещё несколько «уточнённых» прогнозов. Один из них наверняка окажется близок к истинным значениям.

По-настоящему важной является динамика процессов, которая не может не настораживать. По данным Министерства финансов, экономический рост показали отдельные регионы, в которых подоспел ко времени запуск крупных инвестиционных проектов докризисного периода: Дагестан, Калмыкия, Сахалин, Хакассия. В целом по стране ситуация развивалась негативно. В апреле промышленное производство упало в 65 субъектах Российской Федерации. Наиболее сильный спад произошёл в регионах финансирующих федеральный бюджет. В Нижегородской, Орловской, Калининградской, Орловской, Нижегородской и Челябинской областях падение производства превысило 30%. На этом фоне, значительно сократились доходы местных бюджетов. В Челябинской области налоговые сборы местных властей снизились на «рекордные» 90%, в Кемеровской области – на 88%.

По замечанию российских СМИ, антикризисные программы российского руководства трансформируются «лишь успевай подстраиваться». При этом расходная часть бюджета не подвергается сокращению, а чёткий план действий по увеличению доходов отсутствует. Пользуясь терминологией Маргарет Херманн, поведение российского политического тандема приблизились по содержанию к типу лидеров-пожарных, реагирующих на требования масс в конкретной ситуации. Ситуация в Пикалёво, визит премьер-министра в гипермаркет, обращённый в рекламную акцию по проведению скидок, безадресное обвинение президентом глав регионов в «ничегонеделании», обещанное прощание с остатками «субъективного» суверенитета – такое впечатление, что мы в двух шагах от сакраментального: «кто виноват?» В промежутке лишь подушка безопасности в виде международных резервов Центробанка и распечатанных кубышек двух социальных фондов, которые потеряли свою изначальную профильность.

Годы изобилия, построенного на дорогой нефти, притупили чувство меры. Заставили забыть теорию предельной полезности. Например, если в «Газпроме» откладывают освоение Бованенковского и Приразломного месторождений, сворачивают программу строительства новых подземных газовых хранилищ, то к чему будут тянуть трубы? Может быть, лучше вложиться в модернизацию наличных изношенных мощностей. В создавшихся условиях, более предпочтительным выглядит замораживание политически мотивированных проектов, а отнюдь не цен или либерализации энергетического рынка. Что касается внешней экономической политики, то она попросту требует большей предсказуемости и обращения внимания на интересы торговых партнёров.

Влад Григорьев, эксперт