Меню
08.04.2009
Сегодня в китайском календаре появилась новая красная дата -- День освобождения тибетцев от крепостного права. Праздник мог придти раньше, но китайцы не торопились -- им нужен внушительный и неопровержимый результат. В начале 1950-х Тибет вошел в большую страну и спас шесть миллионов соотечественников от истощения и гибели. Феодалы и их иностранные покровители остановили часы: жители нагорья должны прозябать и ползать. Выпрашивать у своих поработителей ячменную лепешку...
Стремительно изменился жизненный уклад. Люди обрели свободу и права. «Бывшие» хотели бы повернуть историю вспять. Зарубежная агентура норовила вызвать в Лхасе смуту и беспорядки, но «далай-ламчики» могут прикупить сотню-другую своих приспешников и не больше. Тибетцы не свернут с пути -- нашли себя и свою судьбу.
Когда Тибет стал частью Китая, было больше вопросов, чем ответов. Как вырваться из плена нищеты? Кто дождется перемен? Тибетцы одевались в лохмотья, у женщин и детей не было обуви и ходили босиком, обитали в глинобитных хижинах, куда не проникал свет. Почти никто не имел земельного надела хотя бы в один му -- пятнадцатую часть гектара. Ни школ, ни больниц, ни дорог. Казалось, нет сил что-то изменить. Только пятое, а то и десятое поколение увидит свое будущее...
Возрождение Тибета было действительно сложной задачей. В Пекине понимали, насколько это трудно, но главное -- необходимо. Китайцы умеют спешить, не поспешая. Простаивать нельзя, но левые заскоки никому не нужны. В мае 1951 года Пекин и правительство в Лхасе подписали соглашение «О мирном освобождении Тибета». Горное плато объединилось с равниной. Тибетцы вернулись в семью народов Китая.
Сохранялось региональное самоуправление, причем далай-лама не утратил своих полномочий, пока сам их потерял. Главу буддистского духовенства избрали младенцем, и в пятнадцать лет обрел власть. Направил в Пекин телеграмму, в которой подтвердил, что жители края единодушно поддержали договор, хотят «изгнать из Тибета империалистические силы» и будут защищать единство родины. Отправился в столицу и встретился с Мао Цзэдуном. Даже был готов вступить в Коммунистическую партию Китая. Однако в 1959 году возглавил вооруженный мятеж и после сокрушительного поражения сбежал в Индию.
Почему встал на преступный путь? К тому же нарушил религиозный запрет прибегать к насилию. Далай-лама действовал по наводке врагов, стремившихся оторвать Тибет от Китая, и стоял на стороне феодальной знати. Заговорщики проиграли, а выиграл народ. Летом 1959 года Подготовительный комитет Тибетского автономного района принял постановление «О проведении демократических преобразований».
Ключевым решением была отмена крепостничества. Феодальная собственность перестала существовать, и люди радостно жгли кабальные записи. Безземельные крестьяне получили в свое распоряжение поля и пастбища. Землю нарезали и распределяли безвозмездно. В недавнем прошлом 95 процентов тибетцев были либо крепостными, либо ланшэнами -- домашними рабами богатых собственников. Пришла впервые свободы -- раз и навсегда.
При старом режиме крестьяне не могли на своих крохотных приусадебных участках выращивать лучший сорт ячменя -- отборным зерном пользовался исключительно далай-лама. Это было похоже на черный юмор, но с ним расстались. Возникла Тибетская академия сельскохозяйственных наук, и с ее помощью внедряются передовая агротехника и продуктивные семена. Освоить современную систему земледелия в одиночку невозможно, и крестьяне объединяются в товарищества взаимопомощи. Итог налицо -- высокие урожаи и эффективное мясное животноводство.
Когда Дэн Сяопин провозгласил политику реформ и открытости, Тибет в полной мере ощутил значимость этого курса. Один за другим выходили декреты, добавлявшие сил и возможностей: самостоятельное хозяйствование на земле, развитие личных скотоводческих хозяйств, льготное и нулевое налогообложение коллективных и индивидуальных производителей. Кое-кто припомнил, как после падения династии Цин тибетская верхушка объявила независимость, но государство было недееспособным и смешным -- ввело налог на уши, потому что все остальные поборы уже существовали...
Экономика -- это прежде всего инфраструктура. Край страдал от бездорожья. Чтобы достичь провинции Сычуань, приходилось идти пешком или ехать на лошади, и на это путешествие уходило полгода, а то и год. В 1950-х Центр выделил гигантские суммы на строительство двух автомобильных шоссе протяженностью в тысячи километров и аэропорта, открывшего авиалинию Пекин -- Лхаса. Три года назад произошло знаменательное событие -- вступила в строй Цинхай-Тибетская железная дорога. Она стала торговым коридором. На рынок страны поступают тибетские украшения, сувениры и ткани, мясо яка и пиво из голозерного ячменя, народные лечебные средства и целебная минеральная вода.
Возникли опасения: не нарушит ли стальная магистраль природный баланс? Поредеют леса, исчезнут редкие виды животных, ухудшится климат. Звучали предостережения: сайгаков лишат привычного обитания. Тревога улеглась -- их численность увеличилась вдвое. Это неслучайно. Создан обширный заповедник Джомолунгма, но и за его пределами находятся под государственной защитой, кроме сайгака, снежный барс, гульман, тибетский дикий осел, черношеий журавль.
Все держится на человеке. Если в нем живут знания и духовные ценности, он непобедим. Полстолетия назад в нагорье мало кто умел читать и писать. Сейчас во всех 74 уездах ввели обязательное шестилетнее образование. Свыше 98 процентов детей школьного возраста сели за парты. С 1985 года государство расходует немалые средства на «бесплатный полный пансион и обучение». Это обеспечивает жизненный старт для всех без исключения. Каждому школьнику из крестьянской семьи выплачивается ежегодно 1100 юаней на питание и проживание в уездном пансионате. Открыты четыре средних школы и два высших учебных заведения -- Тибетский национальный институт и педагогический университет.
Западная пресса обвиняет китайское руководство в «злых намерениях» -- лишить тибетцев духовных начал. Жалкие нападки вызывают лишь сарказм и брезгливость. Стряпня -- и ничего кроме. Горцы благодарят судьбу -- восстановилась связь времен.
Государство бережно сохраняет древние памятники и оберегает культурное наследие. Над Лхасой на горе Хуншань возвышается дворец Потала, построенный в VII веке. Годы источили камень и дерево, поблекли настенные фрески. Уже отреставрированы более семидесяти храмов и святынь, но Потала является символом Тибета и в течение двадцати лет идет основательный ремонт с участием ученых Пекинской академии наук, знаменитых реставраторов и художников. Понадобилась помощь химиков. Создан цех консервации древесины: вода и термитники «пасуют» перед новыми перекрытиями. Работы близятся к концу, и дворец станет магнитом для туристов.
Тибетцы могут прочесть и услышать шедевр народного творчества. «Эпос о царе Гесаре» превосходит по своему объему «Илиаду», Одиссею» и «Махабхарату» вместе взятых. Создан центр изучения и воспроизведения неповторимого произведения тибетской мифологии. Хранится в тридцати томах, но живет прежде всего в песнях и речитативах. Их артистически используют около ста певцов и сказителей. Эту когорту возглавляет 90-летний Самджуб. Он оставил звукозаписи длиной в две тысячи часов. Высокое искусство вошло в радиопрограммы и диски.
Раскрепощенный Тибет имеет два измерения -- восстановленная историческая память и рывок в будущее. Перемены неотвратимы. В нынешнем году край войдет в список регионов со средним уровнем достатка. В Лхасе выросли комфортные многоэтажки, гостиницы, торговые комплексы и рестораны. Меняет свой облик деревня. С 2006 года осуществляется проект «Счастливое жилье». Земледельцы и скотоводы переезжают в дома с водопроводом и солнечной батареей. Над крышами спутниковые антенны, на задних дворах тракторы, мотоциклы или автомашины. Современность? Да, но в архитектуре и обычаях сохраняется традиционный стиль.
В популярной тибетской песне есть куплет: «Наверху высокий камень, внизу глубокое озеро. Между озером и камнем девушка стоит». Замечательная метафора. Тибет, как и вся страна, полон молодых сил.
Игорь ЛИСТОПАД