25.06.2010
Не в первый раз между Россией и Беларусью возникают серьезные противоречия в газовой сфере. Очередной конфликт случился накануне вступления в силу договоренностей о Таможенном союзе. Белорусы дали понять России, что пока не будет беспошлинной нефти, не будет и Таможенного союза. Тогда российские власти решились закрутить газовый вентиль и выступили инициаторами новой публичной газовой войны.
«Газпром» выдвинул жесткие условия: Беларусь должна немедленно, без всяких отсрочек, заплатить 192 млн. долларов за потребленный газ, в противном случае поставки «голубого» топлива будут резко ограничены. Россия может уменьшить поставки газа в Беларусь на 85% и более, заявил премьер-министр России В.Путин на заседании президиума правительства. «Действия абсолютно обоснованы и предусмотрены контрактом, строго говоря, мы можем сократить поставки на 85 и более процентов, но пока не делаем это, имея в виду особое отношение к белорусским потребителям», – сказал тогда глава кабинета министров». Сгустил краски российский вице-премьер И.Сечин, выдавший нелицеприятный прогноз, что «Белтрансгаз» может прибегнуть к несанкционированному отбору газа.
Ответный ход Беларуси был достаточно эффективным. Первый вице-премьер В.Семашко напомнил о необходимости оплаты Россией транзита газа: «Дальше мы войдем в режим: они рассчитаются за транзит, мы – за газ». «Важно, что российская сторона признает, что должна Белоруссии 217 миллионов долларов за транзит газа. Если нам заплатят 217 миллионов, мы готовы заплатить 187», -- подчеркнул В.Семашко. Любопытно. что официальный представитель «Газпрома» С.Куприянов не стал отрицать задолженность газового монополиста, но сделал это, если судить по сообщениям российских агентств, довольно витиевато: «Долг «Газпрома» за транзит вызван тем, что белорусская сторона не позволяет его погасить».
Удивление многих обозревателей вызвал сам факт, что «Газпром» признал этот долг. «Россия очень резко перешла от политики кнута к политике некоего подобия пряника, – сказал заместитель гендиректора Центра политических технологий А.Макаркин в интервью «Газете.ру». – Это весьма странно, так как еще недавно российская сторона отрицала наличие долга за транзит». По версии А.Макаркина, это могло быть вызвано тем, что Кремль хочет дать понять Минску, что Россия готова к диалогу на тему Таможенного союза и уже обозначила свою «торговую» позицию.
Некоторые наблюдатели стали утверждать, что у Беларуси деньги на оплату долга есть. Главный редактор минского Агентства финансовых новостей О.Мусовец сообщил «Коммерсанту»: «Золотовалютный резерв Белоруссии составляет 5,5 млрд. долларов, что позволяет Минску заплатить за газ». Такое же мнение высказал в белорусской газете «Звязда» декан экономического факультета БГУ, профессор М.Ковалев: «Поскольку большой задолженности у субъектов хозяйствования перед «Белтрансгазом» нет, могу полагать, что деньги у последнего есть, и он может, в принципе, заплатить».
Между тем страсти накалялись. Как сообщило «БелТА», на встрече с министром иностранных дел России К.Лавровым Президент Беларуси А.Лукашенко заявил: « Газпром» нам должен 260 млн. долларов, учитывая май месяц, за транзит газа. Я приказал правительству перекрыть транзит через Беларусь, пока «Газпром» не заплатит за транзит. Они нам за эти полгода ни копейки не заплатили. Слушайте, до какого цинизма, абсурда можно дойти, когда ты должен мне 260 млн., я тебе -- 190 млн., и ты начинаешь мне за это заворачивать вентиль! Вот в чем проблема. Меня удручает такое отношение к Беларуси».
Однако к предложениям Беларуси в «Газпроме» поначалу не прислушались. И уже с 21 июня начали вводить ограничения на поставки газа. Более того, оказалось, что «Газпром» не считает, что вопросы поставок газа в Беларусь и его транзита европейским потребителям должны рассматриваться в единой связке. Об этом заявил официальный представитель холдинга С.Куприянов.
И все же стороны смогли договориться. Беларусь, позаимствовав 200 млн. долларов, 187 из них направила на покрытие долга. В то же время белорусская сторона потребовала от «Газпрома» до 10.00 24 июня оплатить 260 млн. долларов, « иначе предоставление услуг по транзиту углеводородного сырья будет прекращено». По словам вице-премьера В.Семашко, ставка платы за транспортировку, с точки зрения Минска, в 2010 году составляет 1,88 долларов за тысячу кубометров на 100 км. «Газпром» готов был заплатить по старой ставке -- 1,45 доллара. «Мы такой платеж принять не можем», -- сказал первый вице-премьер Беларуси. В свою очередь российский концерн не собирается платить больше. Контракт на транзит предусматривает повышение тарифа только одновременно с повышением оптовых цен на газ на внутреннем белорусском рынке, но правительство держит цены неизменными. В результате «Газпром», как совладелец «Белтрансгаза», недополучает прибыль. Тарифный спор длится с ноября прошлого года.
Вскоре однако стало известно, что «Газпром» заплатил «Белтрансгазу» за транзит в ноябре-декабре и за первые месяцы 2010 года 228 млн. долларов по базовой ставке в 1,45 доллара. По данным «Интерфакса», Беларусь намерена ввести ограничение транзита российского газа в ЕС пропорционально недоплаченной сумме.
По мнению интернет-ресурса «Политком.ру» (24.06.10), Беларусь практически полностью захватила инициативу в газовой войне, добившись от «Газпрома» выплаты долга за транзит (хотя Москва это сделала по собственным формулам), а также восстановления поставок газа в полном объеме. При этом Беларусь, хотя и была вынуждена «занять у друзей» денег для погашения долга перед «Газпромом», не уступила в главном, что требовала Москва – согласии на вступление в Таможенный союз без отмены пошлин на нефть. Тем самым, Россия пока не только не получила полноценного Таможенного союза, но и лишилась одного из рычагов давления на Беларусь – долга за газ. Теперь Кремль будет вынужден решать: либо дальше давить на Минск (например, с помощью повышения цен на газ), либо строить Таможенный союз без Беларуси. В любом случае окончание газовой войны не означает окончание конфликта, делает вывод «Политком.ру».
Надо признать, пишет далее интернет-ресурс, что Россия впервые сталкивается со столько ожесточенной позицией страны-транзитера и утратой инициативы. А.Миллер был вынужден жаловаться В.Путину: Беларусь, по его словам, требует оплаты за транзит российского газа на не соответствующих контракту условиях и угрожает прекращением транзита. В ответ традиционно жесткий в таких вопросах В.Путин неожиданно стал дружелюбным и спокойным. «Оплата транзита должна осуществляться в соответствии с контрактом, вместе с тем необходимо провести переговоры с белорусскими партнерами, и за столом переговоров в нормальной товарищеской обстановке, в деловой обстановке прояснить все вопросы, которые до сих пор являются спорными, если вообще там есть какой-то спор», -- сказал он на совещании, состоявшемся 24 июня.. Это означает, что либо это не его война (а, например, Д.Медведева), либо Россия готовится к новым жестким мерам.
У России остается главный рычаг, который может быть использован – это пересмотр цен на газ на следующий год. Однако особенностью ситуации является то, что Москва как раз не хотела его задействовать. Суть «газовой войны» именно сейчас – в необходимости как можно скорее убедить Минск во вступлении в Таможенный союз без предварительных условий. Это проще сделать, потребовав возврата долга. Однако если начинать сейчас обсуждать повышение тарифов на газ, то это может занять несколько месяцев, что нанесет огромный ущерб по проекту Таможенного союза.
Но после того, как Беларусь вывернулась из сложившейся ситуации, России, видимо, уже придется задействовать весь арсенал. Как напомнил В.Путин на встрече с А.Миллером, Беларусь получает российский природный газ по самым низким ценам. «Ниже цен на российский природный газ нет ни у кого», -- подчеркнул В.Путин. Он также напомнил, что Россия не взимает экспортных вывозных таможенных пошлин за поставляемый в Беларусь газ, и российский бюджет недополучает по году 1 млрд. 200 млн. рублей. Видимо, это именно та цифра, которая теперь должна будет впечатлить А.Лукашенко, предупреждает «Политком.ру». Беларусь выиграла первый раунд газовой войны, и Россия, судя по всему, готовится к решающей битве.
Владимир Клавдин, политолог
