Благодаря вхождению в Таможенный союз и ЕЭП Беларусь вышла из интеграционного тупика с Россией

Прошло уже почти полгода, как Беларусь, Россия и Казахстан живут в Едином экономическом пространстве. Вслед за Таможенным союзом это одна из ступеней интеграции на постсоветском пространстве, ведущая к более высокой форме объединения -- Евразийскому союзу. Сбылись ли надежды и ожидания от ЕЭП? В чем выгода от евразийской интеграции для рядового белоруса? Будущий Евразийский союз и Евросоюз: соперники или партнеры? Об этом и не только размышляет директор Центра по проблемам европейской интеграции, политолог Юрий Шевцов.

Прошло уже почти полгода, как Беларусь, Россия и Казахстан живут в Едином экономическом пространстве. Вслед за Таможенным союзом это одна из ступеней интеграции на постсоветском пространстве, ведущая к более высокой форме объединения -- Евразийскому союзу. Сбылись ли надежды и ожидания от ЕЭП? В чем выгода от евразийской интеграции для рядового белоруса? Будущий Евразийский союз и Евросоюз: соперники или партнеры? Об этом и не только размышляет директор Центра по проблемам европейской интеграции, политолог Юрий Шевцов.

-- Юрий Вячеславович, не секрет, что региональная интеграция в условиях обострения борьбы за сферы влияния становится едва ли не единственным способом выживания и продвижения национальных интересов. Например, Россия без более тесного сотрудничества с соседями рискует остаться сырьевым придатком более сильных стран. И та настойчивость, с которой Путин создавал Таможенный союз, подтверждает, что ролью «мировой энергетической сверхдержавы» Россия довольствоваться не собирается. В ее планах -- стать ядром альтернативного геополитического центра силы. Для Казахстана очень важно успешно реализовать индустриально-инновационную программу, сделав тем самым экономический рывок вперед. А в чем заключаются национальные интересы Беларуси?

-- Для нашей страны сейчас наиболее актуальна проблема политического взаимодействия на международной арене. Мы сталкиваемся с определенными сложностями в отношениях с западными странами, которые то и дело грозят Минску санкциями. Поэтому Беларусь нуждается в устойчивых, гарантированных союзниках, которые сделают невозможной ее политическую изоляцию. Ну и кроме того, специфика нашей небольшой страны в том, что у нас чрезвычайно открытая экономика. Соотношение внешнеторгового оборота к ВВП составляет 120-130 процентов. Проще говоря, мы почти все должны в страну привезти, переработать, а затем почти все это продать. Поэтому для Беларуси большое значение имеет доступ к внешним рынкам, в том числе рынкам сырья. Благодаря вхождению в Таможенный союз и ЕЭП Беларусь вышла из интеграционного тупика с Россией, получила благоприятные условия поставок энергоресурсов, беспошлинную нефть и комфортные цены на природный газ, возможность торговать без ограничений и зарабатывать валюту. На пути наших товаров в Россию исчезли многие барьеры и бюрократические препоны.

Одновременно за счет перехода к быстрому строительству Евразийского союза стали возможны некоторые крупные инвестпроекты. Например, до перехода к интенсивной интеграции разговоры о том, что Россия поможет нам построить атомную электростанцию, были всего лишь разговорами. Как это ни парадоксально, но продвижение такого амбициозного проекта, как Китайско-белорусский индустриальный парк под Минском, тоже стало возможно благодаря переходу таможенной «тройки» к более тесному взаимодействию. Со стороны Китая возникло понимание, что Беларусь теперь имеет устойчивые внешнеполитические позиции и долгосрочный беспрепятственный доступ к огромным рынкам ЕЭП и Европейского союза.

-- В одном из интервью вы сказали о том, что Беларусь не должна быть только потребителем российских ресурсов, нам необходима своя геополитическая линия. Поясните, пожалуйста, свою мысль.

-- Я имею ввиду, что Беларусь в рамках общей политики на европейском направлении должна взять на себя решение некоторых проблем в интересах всего Евразийского союза. Прежде всего, это касается политики Евразийского союза в восточноевропейском регионе. Будем говорить откровенно: у огромной Россией т немало внешнеполитических проблем и угроз. Прежде всего, они исходят с юга, с Центральной Азии, а также с Северного Кавказа. И было бы справедливо если бы Беларусь, осознавая опасность этих угроз, и понимая, что у нее нет никаких рычагов воздействия на проблемные регионы, активнее вела политику в Восточной Европе, дав возможность России больше сосредоточиться на других векторах.

-- На обывательском уровне понятия «интеграция», «Таможенный союз», как правило, связывают с повышением растаможки на легковые авто. Сейчас вот растут цены, и власть объясняет это необходимостью их выравнивания с уровнем стран-соседей, чтобы при открытых границах мы не остались с пустыми прилавками. Так какие же тогда выгоды получили рядовые белорусы от интеграции?

-- Важно понимать, что сейчас только выстраиваются институты ЕЭП и будущего Евразийского союза, идет согласование позиций по некоторым, наиболее чувствительным направлениям, формируется единая макроэкономическая политика. Поэтому возникают некоторые проблемы, в том числе подобные тем, о которых вы упомянули. Они, кстати, есть и у других участников объединения. В Казахстане, например, столкнулись с серьезным ограничением импорта более дешевого китайского ширпотреба.

У каждого есть определенные риски и потери, от этого никуда не деться. Наивно было бы ожидать через полгода работы ЕЭП двукратного роста зарплат. Основной эффект может быть достигнут лишь в перспективе -- в рамках конкретных инициатив и проектов в технологичных отраслях при позитивных изменениях на рынках капитала и труда, формировании крупных транснациональных холдингов, претендующих на мировое лидерство в своих отраслях. Сейчас для этого создаются базовые условия, маховик раскручивается.

Главное, что ушли в прошлое информационные войны, убрали таможенные пошлины на энергию, которые резко понижали конкурентоспособность белорусских предприятий. И сейчас они наращивают свой экспорт и в Россию, и в ЕС. А это все зарплаты, социальные выплаты, налоги в бюджет. Возможно, для бюджетников преимущества пока незаметны, слишком сильна негативная инерция, возникшая от прошлогодней девальвации и инфляции. Но для тех, кто занят в сфере бизнеса, для наших крупных экспортоориентированных предприятий уже давно стала очевидной выгода от Таможенного союза и ЕЭП. Скоро это охватит остальные сферы общества.

На мой взгляд, в ЕЭП у Беларуси появилась уникальная возможность совершить быстрый экономический рывок. Но для этого необходима серьезнейшая трансформация управленческих механизмов, всей системы управления хозяйственной деятельностью. Высокий рост конкуренции после открытия границ, ограничения по использованию субсидирования заставят нас, если мы сами не хотим, научиться работать в рыночных условиях, повышая производительность труда и одновременно качество продукции, снижать затраты и энергоемкость, чтобы быть конкурентоспособными на рынках. Нам нужно как можно быстрее создавать условия для формирования так называемого коммерческого класса, который не создается по воле или приказу сверху, а вырастает из экономики. И тогда о всех наших преимуществах в ЕЭП мы будем не только говорить, но и реально их использовать.

-- Нередко можно услышать мнение, что Россия, дескать, пошла на снижение цен на энергоресурсы не просто так, а в надежде, что в будущем ей удастся прибрать к рукам лакомые белорусские активы…

-- Такие опасения, действительно существуют, и это не удивительно. Россия это громадное государство, с очень весомым потенциалом, и там всегда будут сильные игроки, желающие поживиться на белорусской госсобственности. Но, с другой стороны, если бы не было Евразийского союза, наши активы были бы менее конкурентны даже в силу высоких цен на энергоносители. И, скорее всего, стоили бы они гораздо дешевле. Тогда желающих прибрать их было бы еще больше. К слову, это хорошо видно на примере «Беларуськалия», цена на который поднялась за короткое время до 32 миллиардов долларов.

Так или иначе, евразийская интеграция, причем уже даже на политическом уровне, когда начинается не только экономическое сотрудничество, а отстаивание совместных геополитических интересов, способствует укреплению нашего государства.

-- Многие политики на Западе с опаской наблюдают за более тесной кооперацией наших стран, усматривая в Евразийском союзе, который должен появиться к 2015 году, возрождение новой империи наподобие СССР. На ваш взгляд, Евразийский союз и ЕС в будущем соперники или партнеры?

-- Евразийский союз создается не в противовес какому-либо объединению, и это подчеркивали в своих статьях каждый из лидеров трех государств. Не случайно даже появился термин «интеграция интеграций». В отличие от СССР, где господствовала коммунистическая идеология, Евразийский союз не предусматривает создания автаркической экономики или нового раскола Европы. Речь идет об усилении конкурентоспособности суверенных государств, которые должны более устойчиво чувствовать себя на глобальном рынке и активно участвовать в интеграционных процессах в Европе. О партнерских перспективах ЕС и будущего Евразийского союза можно судить и по тому факту, что за два года существования Таможенного союза, несмотря на все сложности отношений с Европой, доля ЕС в белорусском экспорте увеличилась с 32 до 50 процентов. Это стало возможно потому, что Беларусь в Таможенном союзе и ЕЭП получила условия для усиления конкурентоспособности своей экспортной промышленности. Я вижу в этом закономерность, которая будет проявляться и далее.

-- К ЕЭП сегодня присматриваются и другие постсоветские республики. Какая из них, на Ваш взгляд, быстрее присоединится к таможенной «тройке»?

-- Думаю, первым будет Кыргызстан. Он уже находится в ВТО, и ему проще будет подстроиться к общим правилам игры. При всей слабости политической системы Бишкек жестко ориентирован на Россию, да и Казахстан его опекает во внешней политике. Вхождение в союз Кыргызстана сделает возможным подключение к этому процессу Таджикистана. А вот присоединение Украины -- более далекая перспектива. Это крупное европейское государство, которое сориентировано на Евросоюз, и остановить такую инерцию не просто. Проблема интеграции на постсоветском пространстве в Киеве сильно политизирована, поэтому Украина будет приближаться к Евразийскому союзу гораздо медленнее, чем небольшие государства.